Саамы — дети Севера, рождённые из дыхания тундры.
Саамы. Народ, чья память старше камней. Их мудрость — не из книг, а из ветра, что шепчет в сопках. Их дом — не стены, а бескрайнее небо, леса и воды. Они слышат голоса Богов в каждом всплеске волны и в каждом шорохе листвы.
Земли, раскинувшиеся от Белого моря до Норвежских фьордов, когда-то звались Лапландией. Первыми, кто ступил на эту суровую и прекрасную землю, были саамы. Карелия до сих пор хранит эхо их присутствия — таинственного народа, обосновавшегося здесь четыре тысячелетия назад, задолго до прихода русских и карелов. Сегодня от них остались лишь древние жертвенники, загадочные сейды и петроглифы — каменные письмена, выбитые рукой предков. Последние же их стойбища растворились в тумане двадцатого века. Немногочисленные потомки этого народа живут ныне в Норвегии и Финляндии, но их быт уже далёк от жизни их пращуров.
Предки оставили потомкам более двух тысяч посланий, высеченных на скалах. Эти каменные летописи рассказывают о лесных зверях, о грациозных оленях и птицах, о сценах охоты и о морских чудовищах. Сами себя они величали гордо — «самь-олма», что значит «я — человек». Соседи же звали их лапландцами, лопарями, людьми леса.
Быть в ладу с природой и духами — вот их жизненное кредо. Они брали у земли ровно столько, сколько нужно было для жизни, не более. Убивали зверя ради пищи и одежды, а в дни великих празднеств приносили в жертву оленей. У медведей, поверженных на охоте, смиренно просили прощения. Жили они рыболовством и собирательством, кочевали с места на место, а потому не знали земледелия, в отличие от оседлых племён. Оберегами им служили лики великих богов, шаманские бубны, клыки и когти зверей, а над входом в жилище вешали зубы щуки или лося.
Особым почитанием у саамов пользовались сейды. Даже ведя кочевой образ жизни, они никогда не уходили далеко от этих священных камней, ибо верили в их могучую силу. Сейды считались живыми существами, вместилищами природных духов. К ним обращались за удачей на охоте и рыбной ловле, за помощью в оленеводстве и сборе ягод. У них искали совета, им приносили дары, а шаманы у подножия каменных исполинов вершили свои тайные обряды. По силе и глубине веры лопарей в «парящие камни» можно судить, что их культура принадлежит культу Камня, где камень наделялся душой, разумом и энергией.
Нойды — волшебники Севера.
Молва о магической мощи нойдов гремела по всей Европе и Руси. Нойда — это шаман, обладающий огромной колдовской силой. Их страшились, к ним приезжали учиться тайным наукам, с ними искали союза великие правители. Они были щитом и опорой своему народу. Саамские духи были столь могущественны, что, повелевая ими, нойда мог повелевать стихией: вызывать ураганные ветры, проливные дожди, гром и бури. В Средневековье у них покупали «узлы ветров» — магические завязки, развязав которые, можно было наслать лютую непогоду. Им приписывали способность к левитации и телепортации, умение исцелять безнадёжно больных и насылать мор на врагов. Они пророчествовали и гадали на своих бубнах. Говорят, что свои знания они получили от исчезнувшей в веках высокоразвитой цивилизации, быть может, неземного происхождения.
После смерти душа нойды могла переселиться в сейд. Так, даже уйдя из мира живых, они продолжали помогать своим сородичам. Многие сейды до сих пор носят имена усопших шаманов. Лесные люди верят, что разрушение сейда влечёт за собой страшную кару: на обидчика обрушивается череда бед, тяжкие хвори и даже смерть, которая может настигнуть и весь его род.
Сквозь треск костра и вечернюю тишину пробиваются глухие удары бубна… Они набирают ритм, взмывают ввысь… Из уст и души нойда льётся музыка — таинственные звуки и мистические слова… Пространство наполняется магической аурой, в ней чувствуется присутствие чего-то… Духи уже услышали зов шамана и собрались… Путешествие началось…
Так лапландский шаман начинал своё камлание — с помощью бубна и йойкинга он призывал своих духов-помощников и, погружаясь в изменённое состояние сознания, отправлялся в иные миры. Йойкинг — это особое пение саамов. В нём нет слов, только звуки. Звуки рождаются из глубины души, из того бесконечного источника разума, из которого произошёл человек и всё живое. Слушая йойкинг, его завораживающая сила проникает внутрь, вводя в особое состояние — то, что стирает границы между мирами, меняет восприятие пространства и открывает дверь в океан подсознания…
Бубен для нойды был святыней. Он служил и ездовым животным, несущим шамана в мир духов, и картой для ориентации в пространствах и мирах. Сакральный атрибут часто использовали для предсказаний и гаданий, толкуя нанесённые на него символы.
Священный атрибут саамов — шаманский бубен.
Шаманизм был глубоко развит у саамов. Почти каждый саами обладал магическим даром, их «особая» аура до сих пор смотрит на нас со старинных фотографий. Наличие бубна в каждой семье говорит о сильной вере в духов и о шаманизме как обобщённом знании о мире, природе и духовных законах. Вера в сакральное значение бубна определяла и его место в доме, и трепетное отношение к его Духу. В жилище ему отводилось священное место — позади очага. Духа кормили и просили о помощи. Право первого удара в бубен имел младший мальчик в семье. Женщинам же запрещалось прикасаться к нему. А при переезде семьи магический атрибут везли особой тайной дорогой, которую не могла пересечь женщина.
Обычно бубен изготавливал сам шаман. После его создания проводился обряд оживления духа бубна, в котором участвовала вся семья. Бубен укладывали на почётное место у очага, и каждый член семьи по очереди подносил дары в знак уважения. Женщины плели украшения и дарили их священному атрибуту, а мужчины делали подношения — клыки, когти диких зверей, непременно нужно было добыть кость из медвежьего пениса.
Вся информация о рождении бубна приходила шаману от его духов-помощников. Они указывали, где найти то особое дерево, из которого нужно сделать деревянную основу. Чаще всего использовали сосну, реже — берёзу или ель. Лучше всего было найти дерево, растущее вдали от лесных собратьев, или отмеченное ударом молнии, деревце в долине или выросшее над водопадом. Духи также подсказывали шаману, какое животное выбрать для рождения бубна. Ему надлежало самому охотиться на этого зверя, чтобы добыть его шкуру.
История повествует о трёх видах саамских бубнов. Первый напоминает барабан или чашку: в широком стволе дерева делали спил, вырезали внутреннюю часть, а в деревянной части проделывали отверстия (наподобие большого решета), на открытую часть которого натягивали кожу. Второй вид изготавливался из поперечного спила сосны, внутренняя часть которого удалялась. После обработки оставалось деревянное кольцо, на которое натягивалась шкура и крепилась гвоздями по краю. Такую конструкцию называли бубен-кольцо. Позже у лапландцев появился более лёгкий способ — из деревянного обода. Полоску дерева смачивали в воде и сгибали по кругу, а концы скрепляли полосками кожи или проклеивали.
По форме они были вытянутыми, слегка продолговатыми и яйцевидными. С внутренней стороны вставляли резные фигуры духов-помощников, когти и клыки медведя, кость из медвежьего или лисьего пениса. Размеры бубнов варьировались от маленьких до огромных, которые одному человеку было не под силу перенести. Внутренняя часть больших бубнов усиливалась деревянной крестовиной. Кожу для натяжки выбирали оленью или лосиную. Колотушкой служила оленья кость или рог, заячья лапка.
Рисунки на саамских бубнах. Дорога к Духам.
Ни в одной другой культуре рисункам на бубне не придавалось такого значения, как у саамов. На все бубны наносились изображения Богов, духов, священных животных, сейдов, природных сил и явлений. Каждый символ наносился с пониманием, почитанием и особым уважением к высшим и природным силам. Рисунок — это отражение саамского мировоззрения о мире и природе. Не могло получиться двух одинаковых бубнов. Помимо основного рисунка, на полотно ложились образы духов-помощников и духов-покровителей рода.
Символическая картина на инструменте устанавливала глубокую связь с силами и сущностями, олицетворяющими богов и духов. Наносить рисунки следовало в особом состоянии. Для этого использовали сок ольховой коры, которую пережёвывали со слюной и наносили на полотно, иногда добавляя кровь оленя.
Сейды довольно часто являлись объектами рисунков на саамских бубнах. Рисовали именно те изображения духов-сейдов, с которыми взаимодействовало поселение, род, семья.
Пантеон Богов
В самом сердце священного полотна, словно застывшее солнце в зените своего могущества, покоится кристалл, от которого в четыре стороны света разбегаются лучи-дороги. Этот сияющий камень — не что иное, как воплощение Пэйве, владыки дневного светила, которого саамы почитают превыше всех небесных сил. В дни, когда солнце достигает своей высшей точки или погружается в самую глубокую тьму, народ собирается на великие торжества, принося дары своему покровителю. Пэйве — это дыхание жизни, тепло, проникающее в каждую клетку мироздания, свет, разгоняющий тени, и пища, что взращивает землю. Круг солнца, колосящиеся стебли и священный олень — всё это знаки его присутствия. Сквозь это кольцо, словно через невидимые врата, саам возносит свои молитвы, и каждое слово, произнесённое в тишине, достигает слуха Пяйвия.
На западном луче, подобно верному стражу, восседает Варал-ден-Олмай, именуемый также Мировым Человеком. Он — правая рука Всевышнего, второй после Ра-диена, и его воля — отражение божественного замысла. Именно ему доверена великая тайна круговорота душ: он принимает их из мёртвого царства, куда их приводит сам Ра-диен, и передаёт Мадеракке, великой матери, супруге верховного бога, чтобы та даровала им новую жизнь в материальном обличье. Великая Мать, окружённая тремя дочерями, творит чудо воплощения, но не всё так просто: злые силы рыщут во тьме, готовые похитить душу и заточить её в своих мрачных обителях. Путь души — это нить, сплетённая из ответственности, и только боги способны держать её в своих руках.
Восточный луч, правый, принадлежит грозному Пьегг-Ол-маю, повелителю стихий. Его владения — это небесная канцелярия, где рождаются дожди, бури, молнии, ураганы и снежные вихри. Он — тот, кто держит в узде ветра и заставляет небо проливаться слезами или гневаться раскатами грома. На северном, верхнем луче обитает Лейб-Ол-май, Человек-Ольхи, он же Медвежий Бог. Этот покровитель охоты и хозяин лесных тварей не слишком жалует людей, поэтому ни один охотник не смел ступить на тропу зверя, не испросив у него дозволения. Подношения ему — не просто дань, а договор с силой, что старше и могущественнее человека. Удачная охота завершалась дележом добычи с этим суровым божеством, которого величают богом мужчин, сознания, противоположностью подземных богинь, что пекутся о женщинах и детях.
Южная линия, обращённая к теплу, отдана богам празднеств. Здесь правят Айлекэс-Ол-маки, или Пассе-Олмаки, — святые мужи, что следят за соблюдением табу в дни Воскресения, Субботы, Пятницы и во время торжества Ёлу. Самым почитаемым среди них был Пейве-Аль-век, покровитель Воскресенья, чью силу нойды особенно чтили, выбирая этот день для своих камланий. Следом за ним идут Лава-Ай-лек, субботний бог, и Фрид-Ай-лек, пятничный, — каждый со своим нравом и своей властью.
СПо краю бубна, словно звёзды на небосклоне, размещены высшие силы и священные животные. Вверху, ближе всего к Ра-диену, обитают небесные боги. Сам Ра-диен-Атче — верховный владыка, стоявший у истоков творения. Его сила пронизывает все явления и процессы, он повелевает мирами, богами, духами, людьми и зверями. Рядом с ним — его супруга Ра-диен-Акка, Мать Земля, Великая Богиня, и их сын Ра-диен-Пардне. В нижней части полотна высечены символы Мадеракки, прародительницы и Матери-Земли, и её дочерей — Саракки, Уксакки и Юксаки. Эти богини — незримые покровительницы женщин и детей, они стоят у колыбели каждой жизни, помогая в беременности и родах, оберегая малышей от опасностей до самого взросления. Им возносят молитвы о здоровье, плодородии и благополучии в хозяйстве, ибо они — часть великого цикла перерождения, что ведёт душу от одной жизни к другой.
Слева и справа на полотне раскинулись два мира: летний лагерь и царство мёртвых. Лето — это область мужской силы, где обитают Пасе Варе Ол-маки, покровители рода, что дают шаманам подсказки, советы и просвещение. Здесь можно увидеть фигуру нойда с бубном в руках и священных животных — птицу Сэй-во-Лодле и змею Сэйво-Гуоле, что служат проводниками в Верхний и Нижний миры. Мир мёртвых разделён на три уровня: Ям-бе Ай-мо, Ро-та Ай-мо и Сай-во. В Ро-та Ай-мо царит Рота, божество смерти и болезней, что предстаёт в образе всадника на коне. Это место — обитель падших душ, холодная, тёмная и пугающая. В Ям-бе Ай-мо живут духи предков, ожидающие нового воплощения. Они могут проникать в мир людей и уносить части их душ в мёртвое царство, и тогда нойда отправляется на поиски, чтобы вернуть украденное. Чтобы духи не тревожили живых, шаман отправляет их обратно в это место. Но самым светлым уголком загробного мира остаётся Сай-во — сакральная гора, где души ведут спокойную жизнь. Для нойды это место силы, где он проходит часть своего посвящения, общается с предками и черпает поддержку от духа-оленя Сай-во.
***
Следуя по тропам саамских верований, впитывая их историю и обычаи, прикасаясь к их традициям, начинаешь видеть иной смысл бытия. Бубен — это лишь тонкая нить, потянув за которую, можно добраться до сокровищницы мудрости и знаний. И если применить их с умом, можно стать совершенно другим человеком.
***
В Мастерской Шамана можно заказать изготовление бубна в саамской традиции. Оставляйте заказ на почту shamanhug@yandex.ru.